Interframe Подключение Софт Info Magic Фото Почта Карта Нарвы
Пользователь
Забыли пароль? Регистрация
Сейчас на сайте

Пользователей на сайте: 34

5 пользователей, 29 гостей

t1ger hammer volk brut mj23

Горячие новости

Уничтоженные гравийные дорожки на променаде - это
Счётчики

LiveInternet

Рейтинг@Mail.ru



Долгожданный «Нюрнберг №2» ни к чему не привел (1) 1096 0

В ходе судебного заседания на Хийумаа по делу обвиняемого в геноциде Героя Советского Союза Арнольда Мери не состоялось даже опроса свидетелей.

Суд по ходатайству адвоката Мери Свена Силлара назначил проведение дополнительной экспертизы состояния здоровья 88-летнего подсудимого. Предыдущая экспертиза, инициированная следователем Полиции безопасности, была проведена в январе 2004 года. Осенью прошлого года, однако, у Арнольда Мери был обнаружен рак легких. 4 января этого года наша газета писала, что судебный процесс пытается обогнать изнурительную болезнь. На самом деле, обвиняемый в депортации 1949 года Мери мог избежать участия в заседании по состоянию здоровья. Но, со свойственным ему упорством, Мери решил предстать перед судом, чтобы показать, что ему нечего скрывать и что он ни о чем не сожалеет.

Крупные телекомпании на маленьком острове

Вряд ли остров Хийумаа еще когда-нибудь увидит разом столько журналистов, как 20 мая. Поскольку повышенный интерес прессы можно было предвидеть, заседание (или «Нюрнберг №2», как иронично назвал его адвокат Мери) было решено провести в доме культуры города Кярдла – рядом с главной площадью городка. Это был хороший день для окрестных живописных кафе и отелей.

Когда Арнольд Мери вошел в зал суда в сопровождении своей внучки и адвоката, тут же образовалась длинная вереница операторов и фотографов, в основном это были представители российских СМИ. Судья даже был вынужден сделать замечание подобравшимся слишком близко операторам: «Может, не надо у меня за спиной толкаться?» Им дали поснимать в зале суда еще пять минут, а затем судья выпроводил фотографов и операторов за дверь.

Судебное заседание проходило под висящим на стене лозунгом о юбилее города Кярдла. Среди российских журналистов это вызвало замешательство, так как они никак не могли понять связи веселого лозунга с гнетущим процессом о геноциде.

Существенную часть судебного заседания составило зачитывание 47-страничного обвинения. Речь прокурора Сирье Хунть не смогла прояснить каких-либо новых обстоятельств. Мери обвиняется в геноциде и операции против гражданских лиц в ходе операции «Прибой»: такое оперативное название носила депортация 1949 года, в которой руководитель комсомольской организации Эстонии Мери принял участие как уполномоченный по Хийумаа.

Задачей уполномоченных была проверка деятельности работников служб безопасности, чтобы те не депортировали «не тех» граждан и не нарушали «законы» того времени. Списки депортируемых были составлены согласно принадлежности к конкретной социальной группе: депортировались кулаки, националисты или бандиты (сторонники «лесных братьев») и члены их семей. В обвинительном акте утверждается, что всего при участии Мери был депортирован 251 человек, но лишь 17% из них были здоровыми мужчинами, которые могли представлять опасность для оккупационных властей.

Одним из основных аргументов обвинения было то, что по инициативе Мери была организована транспортировка депортируемых на небольших судах на более крупное судно «So~meri». В обвинении были приведены также слова Мери о том, что поскольку службы безопасности Хийумаа отказывались показывать ему, как уполномоченному партии, документы, он направил председателю Коммунистической партии Николаю Каротамму три телеграммы, в которых отказывался от своих полномочий.

Обвинение утверждало, что телеграммы не были обнаружены, и проводили параллели с практикой Нюрнбергского трибунала. В числе прочего утверждалось, что преступления против человечности, совершенные по долгу службы, не освобождают подсудимого от ответственности.

После трехчасовой речи прокурора адвокат Свен Силлар заявил, что обвинение безосновательно. Хотя Силлар считает, что депортацию невозможно оправдать, она проводилась службами безопасности, и существующая судебная практика показывает, что в таких случаях осуждаются только работники служб безопасности. Но Мери должен был следить, чтобы те не нарушали законы. «В 1949 году тоже был парламент, исполнительная власть и суды, – сказал Силлар. – Если бы у государственных чиновников того времени спросили, является их страна тоталитарной или демократической, они бы ответили, что это нормальная страна, в которой существует разделение властей».

Решение о продолжении процесса примут врачи

Что же касается нападок обвинения, заключающихся в том, что Мери мог предупредить семьи депортируемых об опасности, то Силлар сказал, что бездействие не равняется геноциду. Мери не обладал достаточной властью, чтобы предотвратить депортацию. Организация предоставления транспорта для перевозки депортируемых, по мнению Силлара, было оказанием им услуги, так как если бы для переправки использовались суда еще меньшего размера, депортируемые смогли бы взять с собой намного меньше вещей.

Силлар утверждает, что обвинение в основном основывается на показаниях самого Мери. Формально-юридически он имел право отказаться от своих слов в суде, так как человек может не свидетельствовать против себя самого. Во время одного из перерывов подсудимого осмотрел врач. Сам Мери сказал «ДД», что ему мешает жить плохой слух.

Примерно треть пострадавших (21 человек, присутствовавшие на процессе) особых эмоций не проявляли, если не считать недовольного гула во время выступления Силлара. Многие люди, которые были депортированы в советское время, в беседе с «ДД» удивлялись, почему Герой Советского Союза только сейчас предстал перед судом. Действительно, как и говорится в обвинительном акте, Мери открыто говорил о своей роли в депортации в статье в тартуской районной газете Edasi (ныне Postimees) в 1987 году.

Как известно, Полиция безопасности уже в январе 1995 года начала расследование основных моментов депортации 1949 года. На первых порах Мери был привлечен в качестве свидетеля, пока в 2003 году материалы, касающиеся депортации с Хийумаа, не были выделены в отдельное производство. Из акта обвинения следует, что ничего нового о роли Мери в депортации за 13 лет (с 1995 по 2008 г.) известно не стало. А точнее, даже с 1987 года, если за точку отсчета взять статью, опубликованную в Edasi.

В комментарии «ДД» в январе 2008 года представители Полиции безопасности утверждали, что причина столь долгого следствия по делу о депортации 1949 года заключается в большом объеме материалов дела.

По пути на материк на пароме с Хийумаа Мери был по-прежнему в хорошем расположении духа. Когда его показали на большом телевизоре по каналу TV 3, он не проявил никакого интереса к сюжету, а спокойно продолжал беседовать с внучкой.

Крайне сомнительно, что судебный процесс будет продолжен: очень велика вероятность того, что врачи больше не позволят Мери являться в суд.

Фото: Виркко Лепассалу

Вновь в кольце окружения, на этот раз – среди журналистов. Хийумаа еще не видел столько телевизионных камер, как на процессе по делу Арнольда Мери.

Виркко Лепассалу

virkko@dzd.ee

www.dzd.ee

Эстония Прямая ссылка Добавил: Virtal 27.05.2008 09:49

|


Комментарии

  • Гость

    sentinel 28 мая 2008 г. 3:24:17 Ссылка

    о мой бог, стыдно за свою страну! торопятся посадить человека, пока тот не умер! Ну вот за что уважать? слабые…никак не могут преодолеть наследние исторической несправедливости, так и новую “несправедливость” на себя навлекут

  • Добавить комментарий

    Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы
    не вводить код безопасности каждый раз.