Interframe Подключение Софт Info Magic Фото Почта Карта Нарвы
Пользователь
Забыли пароль? Регистрация
Сейчас на сайте

Пользователей на сайте: 31

2 пользователя, 29 гостей

slayer S2n2leks

Горячие новости

Уничтоженные гравийные дорожки на променаде - это
Счётчики

LiveInternet

Рейтинг@Mail.ru



Солдатская «Отвага» и роспись на стене Рейхстага

Все меньше и меньше остается на земле людей, кто воочию видел ту страшную войну, кто в ней участвовал, кто кровью своей приближал Победу. Этих людей не обманешь «пересмотром истории», на них не действуют пропагандистские сказки историков от политики. Они видели все сами, они знают, они ПОМНЯТ.

Ушел на фронт 17-летним

Ветеран войны Павел Петрович Орловский говорит, что «вся эта шелуха» проходит мимо, хотя обида, конечно, остается.

Войну Павел Петрович встретил на Украине, в Запорожской области. Он хорошо помнит, как зажиточные крестьяне надевали галстуки и вывешивали антиколхозные лозунги, готовясь к встрече «немца». И помнит слова своего отца: «Неужели вы думаете, что фашисты положили тысячи своих солдат и дошли сюда за тем, чтобы вам, дуракам, землю дать? Да они шкуру с вас снимут!». История показала, кто был прав.

Эвакуировалась семья на Урал. Оттуда, из Свердловска, 17-летний Павел и ушел в 1944 году на фронт. «В общежитии я жил с двумя ребятами, на год меня старше. Когда им пришли повестки, пошел вместе с ними в военкомат. Военком не отказал».

Так рядовой Орловский попал в Польшу, в артиллерийскую часть на западном берегу Вислы, на Сандомирский плацдарм, где тогда готовилось большое наступление. Там и получил первое боевое крещение, хотя основное воспоминание о тех днях – окопы и лопата. Рыли аппарели для орудий. «Нам еще в запасном полку твердили: только лопата может спасти вашу жизнь, только лопата! И мы с ними не расставались, точили при каждом удобном случае, как джигит точит свой кинжал. Сколько я земли перекопал за тот год…», - вспоминает Павел Петрович.

Вспоминает, как решил с пригорка «посмотреть на наступление». «Невозможно представить, как это страшно – артподготовка. Это не страх, это ужас. Казалось, что меня вдавило в землю и сейчас разорвет на части, что, подними я руку, ее сейчас же оторвет первый же снаряд».

Расписался на стене Рейхстага

Наступление в Польше было стремительным, и уже через три недели воинская часть, где служил Орловский, была в Германии. На пути через Польшу оказались вблизи концлагеря Майданек. Своими глазами видел Павел Петрович абажуры и перчатки из человеческой кожи, ящики с мылом из человеческого жира. «Не представляю, кто мог додуматься до этого, кто мог пользоваться всем этим?!».

А затем был Берлин и был Рейхстаг. «Там и закончил войну, если не ошибаюсь, на Бранденбургском шоссе. В глубине города еще шли бои, а у нас уже шла по кругу фляжка». Артиллерист Орловский расписался на стене Рейхстага. «Расписывались все, кто мог и чем мог. Чтобы найти свободное место, становились друг другу на плечи. Сфотографировались на развалинах».

Мирная жизнь

Мальчишки рвались на фронт, им казалось, что без них победы не одержать. «Хорошо помню: когда меня призвали в армию, был ростом 165 см, а при демобилизации – 178. Побрился первый раз в конце 1945-го, после войны». Нужно было начинать мирную жизнь. Медаль «За отвагу», осколочное ранение в руку… «Вот и все, пожалуй., - говорит Павел Петрович. – Повезло, конечно, что остался в живых. И еще больше повезло, что дожил до этих дней. Сколько погибших – трудно даже представить!».

После войны жил в Псковской области, в Пушкинских Горах. Женился, а супругу «по вербовке» направили в Силламяэ. За ней сюда, в канун нового, 1955-года приехал и Павел Петрович. Привезли и маленького сына. С тех пор вся жизнь семьи Орловских связана с Эстонией. Сын живет в Таллинне, растут внуки и правнуки.

3 не простых вопроса:

- Что Вы видели на войне странного, необычного? Я не о трудностях и ужасах…

- Удивительно, но на фронте не было больных. Никто не температурил, никакой простуды, ничего. Один солдат из нашей части рассказывал, что до войны у него был сахарный диабет, без инсулина жить не мог. А на войне прошло, он даже не заметил, как и когда.

- Как Вы относитесь к переносу памятника советским воинам в апреле 2007 года?

- Тут важно не что сделано, а как сделано. Сделали бы это не ночью, открыто, пригласили бы посольство России, нас, ветеранов, отдали бы почести погибшим – не было бы никакой «бронзовой ночи». И транзит бы не загубили, и железная дорога работала бы. По-человечески нужно делать!

- Отношение к советским воинам в Эстонии, мягко говоря, неоднозначное. Какие чувства это вызывает у Вас?

- Один раз на фронте я попал под обстрел своих же советских штурмовиков. Вызвали самолеты мы, и наши направляли их на цель белыми ракетами. Немцы быстро сориентировались и тоже стали кидать белые ракеты. А между нашими позициями – 300 метров. Как они утюжили землю, эти штурмовики! Казалось, что в небе не пара машин, а штук пять. И страшно, и обидно. Свои ведь! Вот и сейчас такое же чувство – бьют свои, те, за кого воевал, за кого гибли друзья…

Виталий Школа

old.prospekt.ee

Нарва Прямая ссылка Добавил: Virtal 09.05.2009 10:24

|


Добавить комментарий

Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы
не вводить код безопасности каждый раз.